Что изменилось в налоговом законодательстве ОАЭ с 1 апреля 2026 года: глубокий разбор для бизнеса, инвесторов и международных групп

Подробный анализ последних изменений налогового законодательства ОАЭ - поправки в исполнительные положения по налоговым процедурам с 1 апреля 2026 года, НДС, корпоративный налог, дополнительный налог до минимального уровня, налоговый кредит на исследования и разработки, электронное выставление счетов, акциз и практические последствия для бизнеса.

Введение

На 6 апреля 2026 года ключевое изменение, которое вступило именно с 1 апреля 2026 года, касается не ставок налога и не появления нового налога как такового, а процедурной части: Министерство финансов ОАЭ ввело в действие поправки к Cabinet Decision No. 74 of 2023 — исполнительному регулированию к Federal Decree-Law No. 28 of 2022 on Tax Procedures. Это важный момент: рынок часто ждет “сенсацию” в виде новой ставки или нового налога, но в реальности самое существенное для бизнеса сегодня — это изменение правил администрирования, добровольных раскрытий, возвратов переплат, сроков хранения документов, полномочий FTA в аудите и режима раскрытия информации госорганам. Именно эти изменения формируют новый профиль налогового риска в ОАЭ.

При этом рассматривать поправки от 1 апреля 2026 года в отрыве от более широкого налогового контекста 2025–2026 годов было бы ошибкой. Они встроены в последовательную реформу, которая уже включает: поправки к закону о налоговых процедурах с 1 января 2026 года, изменения по VAT с 1 января 2026 года, запуск режима налогового кредита на исследования и разработки с 2026 года, развитие внутреннего дополнительного налога до минимального уровня для крупных международных групп, введение платы за одностороннее соглашение о ценообразовании, дорожную карту по электронным счетам-фактурам, а также изменения по акцизному налогу для сладких напитков. Поэтому для точной оценки последствий нужно видеть всю архитектуру, а не одну дату.

1. Главное изменение с 1 апреля 2026 года: поправки к исполнительному регулированию налоговых процедур

Министерство финансов ОАЭ объявило, что с 1 апреля 2026 года вступают в силу поправки к Cabinet Decision No. 74 of 2023, принятому во исполнение закона о налоговых процедурах. Официально Минфин выделил несколько направлений: уточнение порядка подачи по добровольному рвскрытию информации, распространение процедур возврата на любой кредитовый остаток в пользу налогоплательщика, изменение правил раскрытия информации компетентным государственным органам при сохранении конфиденциальности данных, продление срока хранения документов еще на 2 года по периодам, связанным с заявлением на возврат, если FTA еще не вынес решение, а также возможность продлевать срок сохранения или ареста документов и активов для налоговой проверки и анализа.

С практической точки зрения это означает, что налоговая система ОАЭ стала менее формально-декларативной и более процессно-управляемой. Если раньше часть компаний воспринимала процедуру как приложение к “основному” налогу, то с апреля 2026 года процедура сама стала источником существенного риска: ошибка в корректировке декларации, поздняя реакция на обнаруженное расхождение, слабое документирование возврата или неверное представление о сроках хранения документов теперь способны создать проблему даже там, где по существу спор о сумме налога невелик.

2. Добровольное раскрытие информации: с апреля 2026 года это уже не “опция по ситуации”, а строго выстроенный процесс

Поправки детализировали механизм добровольное раскрытие информации. В изменённом исполнительном положении закреплено, что если налогоплательщик обнаружил ошибку, из-за которой сумма налога к уплате оказалась заниженной, применяется разграничение по порогу AED 10,000. Если ошибка превышает этот порог, нужно подать заявление о добровольном раскрытии информации в течение 20 рабочих дней  с момента, когда налогоплательщик узнал об ошибке. Если ошибка равна или меньше AED 10,000, ее можно исправить в следующей еще не поданной декларации за предыдущий период либо в декларации за период, когда ошибка была обнаружена — в зависимости от того, что наступит раньше; если такого канала исправления нет, опять же требуется добровольное раскрытие информации в течение 20 рабочих дней. Аналогичная логика применяется и к ошибочным заявлениям на возврат, если в результате был заявлен возврат в большем размере, чем положено.

Юридически это очень важный сдвиг. ОАЭ тем самым переходят от расплывчатой модели “исправить, когда выявили” к модели, где у налогоплательщика возникает процессуальная обязанность быстро квалифицировать обнаруженную ошибку: она больше или меньше AED 10,000, есть ли ближайшая декларация, через которую можно исправить, затрагивает ли ошибка налог к уплате или возврат, и с какого момента считается, что лицо “стало осведомлено” об ошибке. Именно последний элемент особенно чувствителен для крупных групп: внутренняя переписка, меморанду мы налоговой функции, отчеты аудиторов и даже выводы внешних консультантов могут впоследствии использоваться для спора о том, когда компания фактически узнала о неточности.

Для бизнеса это означает необходимость перестроить внутренние процедуры. Недостаточно просто иметь сильного бухгалтера или внешнего налогового консультанта. Нужен рабочий протокол: кто фиксирует ошибку, кто квалифицирует ее размер, кто запускает таймер 20 рабочих дней, кто принимает решение — корректировать в следующей декларации или подавать Voluntary Disclosure отдельно, и кто документирует основание для такого выбора. Без этого даже техническая ошибка может перерасти в претензию о нарушении процедуры, а в ОАЭ именно процедурная дисциплина все сильнее влияет на исход взаимодействия с FTA.

3. Кредитовый остаток и возвраты: с 1 апреля 2026 года возврат переплаты стал гораздо более формализованным

Минфин отдельно подчеркнул, что amended rules прямо распространяют процедуры возврата на любой кредитовый остаток в пользу налогоплательщика. В самом Executive Regulation закреплено, что если платеж в FTA превысил существующие обязательства, излишек признается кредитом на будущие обязательства, если только налогоплательщик не потребует возврат по правилам статьи 38 Tax Procedures Law. Далее в новой редакции Article 26 – Credit Balance Refund Procedures установлено: налогоплательщик подает заявку на возврат в форме и порядке, утвержденных FTA; FTA обязана вынести решение и уведомить налогоплательщика в течение 20 рабочих дней с момента подачи заявления или в иной срок, необходимый для принятия решения, при условии надлежащего уведомления; при одобрении возврата FTA должна в течение 5 рабочих дней инициировать процедуры выплаты; при этом FTA может отложить возврат до тех пор, пока не будут поданы все просроченные налоговые декларации.

Это важнейшее изменение для компаний, у которых исторически накапливались суммы переплаты по VAT, корректировка корпоративного налога, уточнённые налоговые декларации или избыточным платежам через EmaraTax. Теперь кредитовый остаток нельзя рассматривать как “нейтральную сумму, которая где-то висит на аккаунте и когда-нибудь зачтется”. Законодатель логически встроил переплату в самостоятельную процедурную категорию со сроками, условиями и барьерами. И один из самых критичных барьеров — это наличие неподанных деклараций: даже правомерный возврат может фактически зависнуть, если в системе есть неполная комплаенс-картина.

Для CFO и налоговым менеджерам это означает смену подхода к управлению денежным потоком. Переплата теперь — не просто бухгалтерская строка, а налоговый актив со сроком жизни, процедурой и риском утраты. Если компания не выстроила процесс мониторинга кредитового остатка, у нее может образоваться “мертвый” налоговый актив, который невозможно быстро монетизировать из-за пропущенной декларации, несостыкованных данных или ошибочной логики возврата. В условиях, когда FTA параллельно усиливает контроль сроков и документации, это уже не техническая тема, а вопрос финансовой дисциплины на уровне управление казначейством и корпоративного управления.

4. Сроки хранения документов: фактически бизнесу нужно думать не о 5 годах, а о более длинном горизонте

В изменённом исполнительном положении сохранена базовая логика хранения документов: как общее правило, для налогооблагаемых лиц документы и книги хранятся 5 лет после соответствующего налогового периода; для документов по недвижимости — 7 лет. Но статья 3 в новой редакции содержит дополнительные периоды, и именно они теперь критичны. В частности, если спор с FTA не завершен, документы сохраняются еще 4 года или до окончательного урегулирования, если проводится текущая налоговая проверка — еще 4 года, если FTA уведомила о намерении провести аудит до истечения базового срока — еще 4 года, если заявление по добровольному раскрытию информации подан в пятом году — еще 1 год, а если подана заявка на возврат и FTA по ней еще не вынесла решение — еще 2 года.

Юридическая ошибка многих компаний в ОАЭ — считать срок хранения простым календарным периодом. После апреля 2026 года это уже неверно. Срок хранения становится динамическим: он зависит от того, было ли подано заявление по добровольному раскрытию информации, был ли спор, было ли уведомление о намерении провести аудит, было ли rтребование о возврате налога и вынесено ли по нему решение. Иначе говоря, конечная дата уничтожения или архивирования документов больше не определяется только датой периода; она определяется историей отношений с FTA по конкретному периоду.

Практический вывод жесткий: политика хранения документов в ОАЭ-группах должна быть переписана. Нельзя оставлять стандарт “храним 5 лет” для всех налогов и всех сущностей. Нужно вводить триггеры продления, централизованный контроль статуса требования по возврату налога, споров и уведомлений FTA, а также отдельный налоговый реестр по срокам уничтожения документов. Иначе компания рискует уничтожить то, что формально уже должно было храниться, — а в налоговом споре именно это часто превращает техническую позицию FTA в доминирующую.

5. Конфиденциальность и раскрытие информации государственным органам: тренд на межведомственную связанность усиливается

Минфин в релизе от 1 апреля 2026 года отдельно указал на пересмотр механизмов раскрытия информации компетентным госорганам при одновременном подтверждении защиты конфиденциальности данных. В изменённой статье 28 исполнительного положения закреплено, что сотрудники FTA и иные уполномоченные лица не вправе раскрывать информацию, кроме прямо указанных случаев. Среди таких случаев — раскрытие по решению суда, раскрытие компетентному государственному органу по решению Совета дерикторов и на основании соглашения с FTA, которое должно обеспечивать конфиденциальность и защиту данных, определять допустимое использование информации и процедуры контроля, безопасности, последующего раскрытия и точности данных, а также раскрытие в рамках международных соглашений.

Для рынка это один из самых недооцененных сигналов. Поправка не означает, что FTA получила неограниченное право свободно передавать данные кому угодно. Но она означает, что законодатель точнее оформляет легальный коридор для институционального обмена информацией, и делает это не в стилистике случайного запроса, а в стилистике управляемой межведомственной архитектуры. Для бизнеса это особенно важно там, где налоговая информация соприкасается с лицензированием, экономическим присутствием, таможней, бенефициарным контролем, AML/KYC-профилем, государственными контрактами или международным обменом сведениями.

Поэтому с апреля 2026 года налоговая функция в ОАЭ должна мыслиться не изолированно, а как часть более широкий регуляторный контур компании. То, что организация показывает FTA, должно быть совместимо с тем, что у нее находится у лицензирующего органа, банка, таможни, управления свободной зоны  и, при необходимости, в международных каналах отчетности. На практике это усиливает значение внутренней консистентности: налоговая ошибка или небрежно сформулированная позиция уже реже остается “внутри налогового файла”.

6. Полномочия FTA по аудиту и сохранению/аресту активов: у процедурного контроля теперь более длинная “рука”

Минфин указал, что поправки вводят возможность продления периода сохранения или ареста документов и активов для целей налогового аудита и проверки. В связке с январскими поправками к самому закону о налоговых процедурах это показывает общий вектор: FTA получает более четкие инструменты для работы с ситуациями, где проверка или оценка выходит за пределы обычного срока давности. В ноябрьском сообщении Минфина по Federal Decree-Law No. 17 of 2025 прямо сказано, что поправки к закону расширяют положения о сроке давности и дают FTA полномочия проводить налоговый аудит или выносить налоговые доначисления после истечения обычного срока давности в определенных случаях, например когда возврат подан в последний год такого срока.

Здесь надо понимать главное: 1 апреля 2026 года не просто “обновили технику проверки”. Законодатель выстраивает систему, в которой налогоплательщик больше не может строить защиту только на тезисе “период уже почти закрыт”. Если период связан с требованием о возврате, добровольным раскрытием информации, поздним выявлением ошибки или продолжающейся проверкой, FTA получает больше пространства для продления процессуального контроля. И это фундаментально меняет стратегию компаний, которые раньше откладывали налоговую “зачистку” до конца периода срока давности.

Практический вывод: в ОАЭ становится опасно подавать спорные требования о возврате налога в последнюю фазу срока давности без готового комплекта документов для налоговой проверки. Такая тактика может дать краткосрочный процессуальный выигрыш, но одновременно открыть дополнительное окно для проверки, дооценки и документарного давления. Для серьезного бизнеса правильная модель теперь обратная: сначала полноценная готовность документационного пакета, потом требование.

7. Почему 1 апреля 2026 года нельзя читать отдельно от 1 января 2026 года

Поправки от 1 апреля 2026 года не являются самостоятельной реформой «с нуля», а представляют собой продолжение изменений, начатых ранее. Еще в ноябре 2025 года Министерство финансов сообщило, что Федеральный декрет-закон № 17 от 2025 года, вносящий изменения в закон о налоговых процедурах, вступает в силу с 1 января 2026 года. Среди ключевых положений — установление срока не более 5 лет с конца соответствующего налогового периода для подачи заявления на возврат кредитового остатка или использования этого остатка для погашения налоговых обязательств, введение дополнительных правил для случаев, когда кредитовый остаток возник поздно или ближе к окончанию пятилетнего срока, расширение полномочий Федеральной налоговой службы работать за пределами стандартного срока давности в отдельных ситуациях, а также предоставление ей права издавать официальные и обязательные для исполнения указания как для налогоплательщиков, так и для самой службы по вопросам применения налогового законодательства к конкретным операциям.

Также были предусмотрены переходные положения: если пятилетний срок истек до 1 января 2026 года или истекает в течение года с этой даты, налогоплательщики получают дополнительный год, начиная с 1 января 2026 года, для подачи заявления на возврат. Если же по такому заявлению не было вынесено решение, допускается подача заявления о добровольном раскрытии информации в течение двух лет с даты первоначального запроса.

Именно поэтому изменения, вступившие в силу с 1 апреля 2026 года, имеют столь существенное значение. Законодатель сначала пересмотрел базовые нормы на уровне декрета-закона, а затем с 1 апреля 2026 года дополнил их детализированными исполнительными положениями. Соответственно, бизнесу необходимо рассматривать эти даты как единый процесс: 1 января 2026 года — изменение рамочного закона, 1 апреля 2026 года — детализация порядка его применения. Распространенной ошибкой компаний является фокус только на дате вступления в силу исполнительных положений, при том что материальные и процессуальные права и обязанности уже были существенно изменены с начала года.

8. Поправки по НДС с 1 января 2026 года: это не апрельское изменение, но без него нельзя понять новую налоговую картину

Отдельным пакетом с 1 января 2026 года вступили в силу изменения в закон о налоге на добавленную стоимость по Federal Decree-Law No. 16 of 2025. Минфин выделил три ключевых блока. Первый: налогооблагаемые лица освобождены от обязанности выставлять самофактурирование при применении механизм обратного начисления НДС, но обязаны хранить подтверждающие документы по операциям поставки в порядке, который будет детализироваться в Executive Regulation. Второй: введен пятилетний срок для подачи требований о возврате излишка налога, подлежащего возврату после проведения сверки. По истечении этого срока право на возврат прекращается. Третий: FTA получила право отказать в вычете входящего налога, если придет к выводу, что поставка является частью схема уклонения от уплаты налогов; при этом налогоплательщики обязаны проверять законность и добросовестность поставок перед заявлением вычета входного налога.

С точки зрения практики именно третий элемент может стать самым жестким. В правовой конструкции ОАЭ входной НДС уже нельзя воспринимать как почти автоматическое право при наличии invoice и оплаты. Минфин прямо перевел вопрос в плоскость добросовестности и прозрачности цепочки поставок. Это означает рост значения due diligence по контрагентам, коммерческой логике операций, доказуемости фактической поставки и внутренним контролям закупочного цикла. Чем более формальным, дробным или искусственным выглядит цепочка, тем выше риск, что FTA попытается квалифицировать его как часть схемы уклонения и заблокировать вычет входного НДС.

Для компаний в ОАЭ это означает необходимость модернизировать управление НДС. Нужны не только инвойсы и контракты, но и полноценная документально подтверждённая цепочка операции: KYC контрагента, подтверждение бизнес - цели, транспортные документы, подтверждение получение товаров/услуг, корректная налоговая классификация операций, логика и внутренний контроль нетипичных транзакций. Иначе налоговая позиция компании будет уязвима даже без формального обвинения в участии в уклонении — достаточно того, что FTA сочтет цепочку недостаточно достоверной.

9. E-Invoicing в ОАЭ: это не “завтра”, а уже структурированная налоговая реальность 2026–2027 годов

В сентябре 2025 года был принят Ministerial Decision No. 244 of 2025 on the Implementation of the Electronic Invoicing System, который уже задает обязательный календарь внедрения. Пилот стартует с 1 июля 2026 года. Добровольное внедрение также возможно с 1 июля 2026 года. Для лиц с выручкой AED 50,000,000 и более требуется назначить Accredited Service Provider до 31 июля 2026 года и внедрить eInvoicing до 1 января 2027 года. Для лиц с выручкой ниже AED 50,000,000 — назначение провайдера до 31 марта 2027 года и внедрение до 1 июля 2027 года. Для государственных организаций — внедрение до 1 октября 2027 года. При этом транзакции B2C пока не подпадают под систему, и лица, работающие исключительно в B2C, временно не охватываются обязательным режимом, пока иное не будет определено отдельным решением министра.

Это чрезвычайно важно для понимания налоговой стратегии после 1 апреля 2026 года. Поправки к налоговым процедурам усиливают документарную дисциплину, а eInvoicing создает будущую цифровую инфраструктуру, в которой качество, формат и трассируемость налоговых документов будут иметь еще большее значение. Проще говоря, апрель 2026 года усиливает procedural enforcement, а eInvoicing готовит технологическую среду, в которой этот enforcement станет намного более автоматизированным.

Для бизнеса правильная реакция уже сейчас — не ждать обязательной фазы. Крупным группам и быстрорастущим компаниям стоит в 2026 году провести оценку налоговой технологической готовности: настройку и структуру ERP-системы, потоки выставления счетов, логику процессов от заключения договора до получения оплаты, подключение и проверка поставщиков, готовность к использованию XML и структурированных форматов счетов, синхронизацию мастер-данных TRN/TIN, а также готовность к ведению архива и формированию доказательной базы в случае налоговой проверки по НДС. В противном случае переход на электронное выставление счетов станет не цифровым улучшением, а стресс-тестом для всей финансовой функции.

10. Corporate Tax: последние изменения 2026 года не сводятся к ставке 9%

В корпоративном налоге в 2026 году важны не столько базовые ставки, сколько новые специальные режимы и точечные решения. Во-первых, в феврале 2026 года Минфин объявил об издании Cabinet Decision No. 1 of 2026, которое освобождает от налога на прибыль определенные международные спортивные организации, спортивные организации и вспомогательные организации, действующие на некоммерческой основе и признанные компетентным спортивным органом. Для освобождения требуется, чтобы доходы и активы использовались исключительно для уставной спортивной цели или разумных сопутствующих расходов, а сама льгота предоставляется по заявлению в FTA с подтверждающими документами. Это не массовая бизнес-льгота, но показательный шаг: корпоративный налог ОАЭ становится более дифференцированным и секторно настроенным.

Во-вторых, в 2025 году было принято, а в 2026 году продолжает иметь прикладное значение решение по инвестиционной недвижимости, учитываемой по справедливой стоимости. Минфин пояснил, что налогоплательщики, выбравшие принцип налогообложения по факту реализации, могут заявлять налоговую амортизацию по таким инвестиционным объектам. Размер вычета — меньшее из: налоговая остаточная стоимость объекта или 4% от первоначальной стоимости за каждый 12-месячный налоговый период, с пропорциональным расчетом за неполный период. При этом выбор должен быть сделан безотзывно в первом налоговом периоде, начинающемся 1 января 2025 года или после этой даты, когда у налогоплательщика есть такая недвижимость; Минфин также предусмотрел исключительное окно, чтобы успеть выбрать принцип налогообложения по факту реализации ради этого вычета. Для инвесторов в недвижимость и структур с активами, предназначенными для сдачи в аренду или инвестирования это решение существенно меняет моделирование налогооблагаемой базы.

В-третьих, нельзя забывать, что налоговое освобождение для малого бизнеса с порогом выручки AED 3,000,000 продолжает применяться к налоговому приоду, который заканчивается не позднее 31 декабря 2026 года. FTA на своих материалах продолжает подтверждать этот режим и приводит примеры, где превышение порога в предыдущем периоде блокирует применение льготы в 2026 году. Это критично для основателей, индивидуальных предприятий и небольших операционных компаний: формально режим сохраняется, но он не “вечный”, и 2026 год фактически является последней фазой его текущего жизненного цикла в установленном виде.

11. R&D Tax Credit: один из самых сильных налоговых стимулов, появившихся в ОАЭ в 2026 году

18 марта 2026 года ОАЭ объявили запуск первого этапа программы налоговых стимулов для исследований и разработок. Минфин сообщил, что компании смогут получать невозвратный налоговый кредит на исследования и разработки до 50% от квалифицируемых расходов в размере до 5 млн дирхамов ОАЭ, при этом конструкция льготы учитывает логику OECD Pillar Two: такой невозвратный кредит обеспечивает более предсказуемый эффективный уровень налогообложения для компаний, работающих в ОАЭ

Детальная механика закреплена в Постановлении министерства № 24 от 2026 года. В нем установлена прогрессивная шкала: на первые 1 млн дирхамов ОАЭ квалифицируемых расходов на исследования и разработки применяется ставка 15% при условии, что среднее число сотрудников, занятых в R&D, составляет не менее 2 человек; на часть расходов сверх 1 млн дирхамов ОАЭ и до 2 млн дирхамов — ставка 35% при среднем числе R&D-персонала не менее 6 человек; на часть расходов сверх 2 млн дирхамов и до 5 млн дирхамов — ставка 50% при среднем числе R&D-персонала не менее 14 человек. При этом для применения соответствующей ставки необходимо одновременно соблюдение как пороговых значений по расходам, так и по численности персонала; если одно из условий не выполнено, применяется максимальная ставка из тех уровней, по которым оба критерия соблюдены.

Еще более важным является то, как в ОАЭ определено понятие квалифицируемых исследований и разработок. В соответствии с решением, деятельность в рамках проекта R&D должна быть новой, творческой, сопряженной с неопределенностью, системной и воспроизводимой или тиражируемой, при этом оценка осуществляется с учетом критериев Руководства Фраскати ОЭСР. Из сферы применения исключены исследования и разработки в области социальных и гуманитарных наук, а также искусства. Для получения льготы требуется обязательное предварительное одобрение проекта со стороны уполномоченного органа, а техническая документация по проекту должна храниться в течение 7 лет после окончания соответствующего периода. Допускается перенос неиспользованного налогового кредита на будущие периоды, однако с определенными ограничениями, включая требования к сохранению структуры владения; также предусмотрена возможность передачи кредита внутри группы при наличии не менее 75% общего владения, а также специальные правила на случай реструктуризации бизнеса.

Для рынка это является сильным сигналом. ОАЭ больше не ограничиваются предложением «низкой налоговой ставки и удобной юрисдикции». Формируется целевая архитектура налоговых стимулов для технологических, индустриальных и научно-ориентированных бизнесов. При этом речь идет не о формальной льготе «для презентаций». Она требует реального экономического присутствия: наличия персонала в ОАЭ, структурированной проектной модели, полноценного документирования, предварительного одобрения проекта, корректной квалификации расходов, а также понимания взаимодействия с корпоративным налогом и механизмом дополнительного налогообложения до минимального уровня. Для клиентов UPPERSETUP это означает, что R&D-структуры необходимо проектировать заранее, а не пытаться адаптировать под требования льготы постфактум.

12. Внутренний дополнительный налог до минимального уровня: для крупных международных групп новая реальность уже действует

На уровне международного налогообложения ключевым изменением является введение механизма внутреннего дополнительного налога до минимального уровня (Domestic Minimum Top-up Tax, DMTT). В материалах Министерства финансов прямо указано, что данный режим в ОАЭ применяется к компаниям, входящим в состав международных групп (MNE groups) с глобальной выручкой не менее 750 млн евро как минимум в двух из четырех предшествующих финансовых лет, и распространяется на финансовые периоды, начинающиеся с 1 января 2025 года. При этом Министерство финансов отдельно подчеркивает, что в текущей конфигурации ОАЭ не внедрили правило включения дохода (Income Inclusion Rule, IIR), а сам механизм DMTT направлен на защиту внутренней налоговой базы, чтобы дополнительный налог на прибыль компаний в ОАЭ не взимался в других юрисдикциях.

В августе 2025 года Министерство финансов сообщило, что Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) включила режим DMTT в ОАЭ в центральный реестр законодательства со статусом переходного квалифицированного режима, а также признала его соответствующим критериям режима безопасной гавани в рамках Pillar Two. По оценке Министерства, это обеспечивает международным группам большую определенность: другие юрисдикции будут признавать обязательства по уплате дополнительного налога, возникающие в ОАЭ, что существенно снижает риск сложных и затратных многосторонних налоговых споров и проверок.

Значимость этого механизма в контексте изменений с 1 апреля 2026 года заключается в том, что новые процедурные правила усиливают инфраструктуру, через которую Федеральная налоговая служба будет администрировать все более сложную налоговую систему, включая вопросы дополнительного налогообложения до минимального уровня, возвратов, зачета переплат и налогового комплаенса. Для крупных международных групп ОАЭ больше нельзя рассматривать исключительно как низконалоговую операционную юрисдикцию. Это уже сформировавшаяся зрелая налоговая система, которая одновременно сохраняет конкурентоспособность и полностью интегрируется в глобальные налоговые стандарты.

13. Соглашения о ценообразовании: с 1 января 2026 года трансфертное ценообразование в ОАЭ стало еще более институциональным

С 1 января 2026 года Федеральная налоговая служба ОАЭ (FTA) ввела новые сервисные сборы за односторонние соглашения о ценообразовании. Согласно официальным тарифам, подача первичной заявки на заключение такого соглашения стоит 30 000 дирхамов ОАЭ, а подача заявки на его продление или внесение изменений — 15 000 дирхамов. Введение данных сборов FTA напрямую связывает с повышением эффективности налоговых процедур и уровня налогового комплаенса.

Однако это не просто вопрос стоимости услуг. Появление платного механизма предварительных соглашений по трансфертному ценообразованию является значимым институциональным сигналом. ОАЭ фактически демонстрируют переход от базового применения принципа «вытянутой руки» к более зрелой системе, в рамках которой часть потенциальных споров по трансфертному ценообразованию может быть урегулирована заранее, на этапе согласования с налоговым органом. Для групп, использующих региональные хабы, внутригрупповое финансирование, централизованные сервисные модели, интеллектуальную собственность, закупочные центры и товарные структуры, это означает возможность выстраивания более предсказуемой налоговой стратегии — при условии наличия реального экономического присутствия, качественной документации по трансфертному ценообразованию и готовности заранее раскрывать модель взаимодействия с FTA.

В связи с этим 2026 год нельзя рассматривать как период, в котором вопросы трансфертного ценообразования можно отложить. С учетом введения платы за соглашения и одновременного расширения полномочий FTA по изданию обязательных для исполнения разъяснений, налоговая функция крупных международных групп должна переходить от реактивного подхода к превентивному. В противном случае вопросы ценообразования будут решаться уже в рамках налоговых споров, а не на стадии предварительного согласования.

14. Акциз: изменения не от 1 апреля, но это тоже часть последнего налогового цикла ОАЭ

В декабре 2025 года Министерство финансов объявило о новых изменениях в акцизном налоге в отношении напитков с добавлением сахара. Была введена ступенчатая объемная модель, при которой размер акциза зависит от содержания сахара на 100 мл продукта. Согласно официальному сообщению, напитки с содержанием сахара от 5 г до менее 8 г на 100 мл облагаются по ставке 0,79 дирхама ОАЭ за литр, а напитки с содержанием сахара 8 г и более на 100 мл — по ставке 1,09 дирхама ОАЭ за литр. Федеральная налоговая служба также публикует отдельные разъяснения по механике расчета акциза для таких напитков.

Для компаний, работающих на потребительском рынке, а также для производителей это изменение выходит далеко за рамки обычного косвенного налога. Введение такой модели напрямую влияет на ценообразование, стратегию изменения рецептур продукции и позиционирование отдельных товарных единиц на рынке стран Персидского залива. Это означает, что в ОАЭ налог постепенно используется не только как инструмент фискальной политики, но и как регуляторный механизм, способный влиять на поведение участников рынка. Данный подход является важным признаком зрелости налоговой системы: изменения становятся более точечными, ориентированными на конкретные отрасли и направленными на достижение определенных регуляторных целей.

15. Что это означает для бизнеса в ОАЭ на практике

Первое. С 1 апреля 2026 года ключевым риском становится не появление новой ставки налога, а ошибки в налоговых процедурах. Компаниям необходимо пересмотреть внутренние процессы добровольного раскрытия информации, управления возвратами, политики хранения документов, готовности к налоговым проверкам, а также обеспечить согласованность налоговых данных между всеми функциями бизнеса.

Второе. Переплата по налогам больше не может восприниматься как безопасный или нейтральный элемент. Кредитовый остаток требует активного управления: контроля сроков, мониторинга полноты поданных деклараций и подготовки полноценного пакета документов на случай проверки обоснованности возврата.

Третье. В части НДС необходимо существенно усиливать проверку контрагентов и документальное подтверждение операций. Право на вычет входного НДС все в большей степени зависит не только от наличия счета-фактуры, но и от подтверждения добросовестности и прозрачности всей цепочки поставок.

Четвертое. 2026 год становится точкой, когда бизнесу необходимо начинать подготовку к внедрению электронного выставления счетов, даже если обязательные сроки еще не наступили. Отложенная подготовка приведет к необходимости одновременно решать комплекс задач: настройку ERP-систем, адаптацию структуры счетов, подключение поставщиков, организацию архивирования и выстраивание контроля по НДС.

Пятое. Для технологических, промышленных и инновационных компаний налоговый кредит на исследования и разработки может стать существенным конкурентным преимуществом, однако только при условии, что структура деятельности и затрат изначально правильно выстроена в ОАЭ.

Шестое. Для крупных международных групп ОАЭ окончательно трансформировались в юрисдикцию, где требуется профессиональное управление не только корпоративным налогом, но и вопросами глобального минимального налогообложения и трансфертного ценообразования. Упрощенное восприятие ОАЭ как страны с минимальными налогами в 2026 году становится не просто устаревшим, а потенциально рискованным.

Вывод

Если сформулировать суть коротко, то с 1 апреля 2026 года в ОАЭ изменилась не налоговая философия, а налоговая механика — и именно это делает изменения настолько важными. Система стала точнее, строже и технологичнее. FTA получила более четкие правила для добровольных раскрытий, возвратов переплат, хранения документов, межведомственного раскрытия информации и проверки спорных ситуаций. А в более широком горизонте 2026 год показывает, что ОАЭ последовательно превращаются в юрисдикцию с полноценной, зрелой и международно совместимой налоговой архитектурой: с корпоративным налогом, механизмом дополнительного налогообложения до минимального уровня (DMTT), налоговыми стимулами для исследований и разработок, развивающейся системой контроля по НДС, механизмом соглашений по трансфертному ценообразованию и дорожной картой внедрения электронного выставления счетов.

Для бизнеса главный вывод не в том, что “стало сложнее”. Главный вывод в том, что в ОАЭ теперь выигрывают не те, кто ищет формально дешевую структуру, а те, кто строит системный налоговый контур: правильная юрисдикция, правильная лицензия, правильная операционная логика, чистый документооборот, заранее выстроенный комплаенс и готовность к цифровому администрированию. Именно такая модель в 2026 году становится единственно устойчивой.